Символизм такого совпадения трудно переоценить: ярчайший спортивный триумф совпал с крупнейшим поражением на геополитическом фронте. Некогда братская Украина идет в Европу. Россия остается там, где она сейчас есть. И выглядит это так, как будто наши пути окончательно расходятся.
Это вызывает в российском обществе противоречивые эмоции.
И действительно, любители гражданских свобод посматривают в сторону бывшей братской республики с некоторой завистью: украинцы смогли отстоять на Майдане свой демократический выбор. В России же более-менее заметный всплеск гражданской активности в 2011 – 2012 гг. привел лишь к очередному сеансу "закручивания гаек". Благодаря ему в российскую действительность вошли семейные ценности, драконовские штрафы за участие в митингах, "иностранные агенты", ограничения в интернете и прочие "духовные скрепы". Степень и масштаб влияния нынешних украинских событий на внутреннюю политику в нашей стране даже боязно прогнозировать, особенно если вспомнить паническую реакцию российских властей на вполне мирный Майдан образца 2004 года.
"Лакмусовой бумажкой" должен был стать приговор по "болотному делу", оглашение которого Замоскворецкий суд старательно оттягивал до постолимпийского понедельника. Приговор оказался гораздо более мягким, чем можно было ожидать. Прокурор просил вдвое больше, а прокурор в российском суде обычно получает то, о чем просит. Двоим назначен срок наказания "ниже нижнего" (2,5 года или чуть менее), Александру Духанину вообще пожалели и приговорили условно, даже самый жесткий приговор – четыре года лишения свободы Сергею Кривову – это меньше, чем присужденный год назад срок первому "ходоку" по "болотному делу" Максиму Лузянину. А ведь он признался и пошел на сделку со следствием – то есть по умолчанию должен был получить меньше "подельников". Кстати, практически все осужденные (не считая Кривова, который явно поплатился за голодовку) могут претендовать на условно-досрочное освобождение сразу после вступления приговора в силу.
Такое решение выглядит очень взвешенным: с одной стороны, власть демонстрирует, что любое посягательство на ее представителей наказуемо – это сигнал всем тем, кому, в случае чего, придется разгонять здешний "майдан". Им дают понять, что в обиду их не дадут. С другой стороны, участников "болотного дела" подвели под фактическую амнистию, потому что на фоне того же Майдана "болотные" массовые беспорядки выглядят как-то уже совсем несерьезно. И, судя по задержке в оглашении приговора, решение об амнистии было принято буквально в последний момент.
Однако это сопровождалось таким количеством уличных задержаний активистов, какого не наблюдалось со времен 6 мая 2012-го (тогда были задержаны около 500 человек).
Оно и не удивительно: на московских улицах в эти дни случился резкий всплеск политической активности. "Болотное дело", которое на протяжении всего процесса практически никого не интересовало (невзирая на регулярные призывы в соцсетях поддержать соратников), вдруг оказалось в центре самого пристального внимания. Причины очевидны: можем ли мы так, как в Киеве?
Манифестации решительно подавлялись: в понедельник с утра автозаки приняли около двух сотен "пассажиров" у Замоскворецкого суда, где зачитывали приговор. Вечером столичная полиция сообщила о задержании примерно 420 человек во время несанкционированной акции в центре Москвы – и это при том, что общее число участников акции, по данным той же полиции, составило около 500 человек. Получается, что улицы зачищали от людей в буквальном смысле этого слова.
При этом полицейские действовали довольно беззлобно: рук никому не ломали, а протоколы составляли так криво, что все тот же Замоскворецкий суд принимать их отказывался. Поэтому отпущенные утром Навальный и Яшин смогли к вечеру попасть в автозак даже по второму разу.
Один русский мальчик кинул в омоновца лимон и получил 3 года. А украинский кинул коктейль Молотова и сверг диктатора.
— Пeрзидент Роисси (@KermlinRussia) 24 февраля 2014
