30 октября 2014 г.

Про доверие

Moja professija svjazana s tem, chto so mnoj deljatsja. Mne rasskazyvajut o tom, chto ne govorjat rodstvennikam i druz'jam. O tom, chto ne rasskazali by dazhe materi. Tem bolee materi. Materjam ne chasto doverjajut. To, chto na dushe. Ne doverjajut po raznym prichinam...  Dlja nih ja – tozhe «mat'», hot' i simvolicheskaja. Im hochetsja, ochen' hochetsja mne doverjat'. Kak hotelos' doverjat' rodnoj materi. Govorit' o samom sokrovennom.  I ochen', ochen' strashno otkryvat'sja. Potomu chto opyt, u bol'shinstva, pechal'nyj. Pro to, chto doverjat' nel'zja.  Oni uchatsja verit' zanovo. Obnazhat'sja.  ...Ona zhaluetsja na svekrov'.  Ej tjazhelo uzhit'sja s jetoj nemolodoj zhenshhinoj, k kotoroj ona prishla v dom. Trudno chuvstvovat' sebja znachimym chelovekom, kotoryj imeet pravo reshat'. No, kazhetsja, rasskazyvat', delit'sja so mnoj – eshhe trudnee.  Ja obrashhaju ee vnimanie na to, kak ona govorit – smushhajas', zaikajas', proglatyvaja slova. «Mne stydno», - otvechaet ona. «Zhalovat'sja - nekrasivo».  Delit'sja svoimi perezhivanijami – zhiznenno vazhnaja potrebnost' dlja cheloveka kak sushhestva social'nogo. Vozmozhnost' delit'sja – jeto fundament blizosti. Jeta potrebnost' po-prezhnemu nedoocenivaetsja, deval'viruetsja, ne priznaetsja.  Kogda rebenok «delitsja» svoimi volnenijami o tom, kak ego obizhali drugie ljudi, emu govorjat: «Jabednichat' – nehorosho». Ili esli jeto mal'chik, i on plachet, emu govorjat: «Voz'mi sebja v ruki – ty zhe muzhchina». Byvaet, vyslushajut, a potom «ispol'zujut» skazannoe protiv nego zhe. Byvaet, «vydadut» potom sekret tret'im licam. A byvaet i tak, chto rebenok, vidja bezrazlichie k ego problemam, i sam uzhe ne hochet delit'sja. Ili zhe s rannego vozrasta uchitsja «ne ogorchat'» chuvstvitel'nuju i ranimuju mat'.  V obshhem i celom popytka delit'sja s blizkimi svoimi perezhivanijami privodit k pechal'nomu vyvodu: luchshe derzhat' vse v sebe, tak bezopasnee.  I potomu, sozdavaja paru, my postupaem so svoej potrebnost'ju tak zhe, kak jeto delali vsegda. My ne doverjaem, derzhim vse v sebe, odnovremenno ozhidaja ot partnera, chto on sozdast nam takie blagoprijatnye uslovija, chtob my mogli raskryvat'sja i doverjat'. A partner... On takoj zhe. Emu tozhe strashno otkryvat'sja. I on tozhe hochet, chtob emu sozdali uslovija.  Vot on porochnyj krug. Zapreshhaem sebe, zhdem i zlimsja na to, chto ne dozhdalis'.  Byvaet, chto vse-taki otkryvaemsja. Snova zhdem prinjatija. A vmesto prinjatija... da-da, imeem to zhe samoe, chto v detstve – «voz'mi sebja v ruki», «ne zhalujsja, sdelaj chto-nibud'» ili zhe «vse chto vy skazhete, mozhet byt' ispol'zovano protiv vas». I togda – budet novaja obida, novoe razocharovanie i novoe nezhelanie delit'sja.  Zdes' vazhno ponjat' neskol'ko prostyh veshhej.  Pervoe. Delit'sja perezhivanijami – jeto vazhnaja, ochen' vazhnaja chelovecheskaja potrebnost' i jeto nuzhno prosto prinjat'. Skazat' svoemu vnutrennemu Roditelju: «Ty ne mog kogda-to menja slushat', i u tebja na to byli svoi prichiny. No otkazyvat'sja ot togo, chto dlja menja vazhno, ja iz-za jetogo ne budu». To est' perestat' sebja korit', vinit' i stydit' za to, chto estestvenno.  Vtoroe. Delitsja – Vzroslyj, zhaluetsja – Rebenok. Sputat' jeti dve svoi chasti legko, no vash partner jeto kak raz chuvstvuet ochen' horosho. Kogda vy delites' «po-vzroslomu», u nego voznikaet chuvstvo podderzhki i solidarnosti, esli zhe vy zhaluetes' «iz Rebenka», to jeto vsegda manipuljativnoe dejstvie i u partnera vkljuchaetsja ves' nabor zashhit (smotri vyshe). Pojetomu dlja zhalob Rebenka nuzhno najti bolee umestnoe prostranstvo – psiholog otlichno podojdet. Jeto ego rabota – slushat' to, chto govorit vash vnutrennij Rebenok. Podderzhivat' ego, sozdavaja vazhnoe oshhushhenie prinjatija, kotoroe vposledstvii budet «pereneseno» na ves' mir.  Mozhno prjamo oboznachit' partneru: «Ja sejchas budu zhalovat'sja, no tebe nichego ne nuzhno delat', prosto vyslushaj». I byt' gotovym k otkazu. Esli zhe, retravmirujas' ot partnera, vy prinimaete reshenie eshhe bol'she zamknut' svoi perezhivanija vnutri sebja, vy perekryvaete dorogu blizosti.  Blizost' bez doverija, obnazhenija nevozmozhna.

Моя профессия связана с тем, что со мной делятся. Мне рассказывают о том, что не говорят родственникам и друзьям. О том, что не рассказали бы даже матери. Тем более матери. Матерям не часто доверяют. То, что на душе. Не доверяют по разным причинам...

Для них я – тоже «мать», хоть и символическая. Им хочется, очень хочется мне доверять. Как хотелось доверять родной матери. Говорить о самом сокровенном.

И очень, очень страшно открываться. Потому что опыт, у большинства, печальный. Про то, что доверять нельзя.

Они учатся верить заново. Обнажаться.

...Она жалуется на свекровь.

Ей тяжело ужиться с этой немолодой женщиной, к которой она пришла в дом. Трудно чувствовать себя значимым человеком, который имеет право решать.
Но, кажется, рассказывать, делиться со мной – еще труднее.

Я обращаю ее внимание на то, как она говорит – смущаясь, заикаясь, проглатывая слова. «Мне стыдно», - отвечает она. «Жаловаться - некрасиво».

Делиться своими переживаниями – жизненно важная потребность для человека как существа социального. Возможность делиться – это фундамент близости. Эта потребность по-прежнему недооценивается, девальвируется, не признается.

Когда ребенок «делится» своими волнениями о том, как его обижали другие люди, ему говорят: «Ябедничать – нехорошо». Или если это мальчик, и он плачет, ему говорят: «Возьми себя в руки – ты же мужчина». Бывает, выслушают, а потом «используют» сказанное против него же. Бывает, «выдадут» потом секрет третьим лицам. А бывает и так, что ребенок, видя безразличие к его проблемам, и сам уже не хочет делиться. Или же с раннего возраста учится «не огорчать» чувствительную и ранимую мать.

В общем и целом попытка делиться с близкими своими переживаниями приводит к печальному выводу: лучше держать все в себе, так безопаснее.

И потому, создавая пару, мы поступаем со своей потребностью так же, как это делали всегда. Мы не доверяем, держим все в себе, одновременно ожидая от партнера, что он создаст нам такие благоприятные условия, чтоб мы могли раскрываться и доверять. А партнер... Он такой же. Ему тоже страшно открываться. И он тоже хочет, чтоб ему создали условия.

Вот он порочный круг. Запрещаем себе, ждем и злимся на то, что не дождались.

Бывает, что все-таки открываемся. Снова ждем принятия. А вместо принятия... да-да, имеем то же самое, что в детстве – «возьми себя в руки», «не жалуйся, сделай что-нибудь» или же «все что вы скажете, может быть использовано против вас». И тогда – будет новая обида, новое разочарование и новое нежелание делиться.

Здесь важно понять несколько простых вещей.

Первое. Делиться переживаниями – это важная, очень важная человеческая потребность и это нужно просто принять. Сказать своему внутреннему Родителю: «Ты не мог когда-то меня слушать, и у тебя на то были свои причины. Но отказываться от того, что для меня важно, я из-за этого не буду». То есть перестать себя корить, винить и стыдить за то, что естественно.

Второе. Делится – Взрослый, жалуется – Ребенок. Спутать эти две свои части легко, но ваш партнер это как раз чувствует очень хорошо. Когда вы делитесь «по-взрослому», у него возникает чувство поддержки и солидарности, если же вы жалуетесь «из Ребенка», то это всегда манипулятивное действие и у партнера включается весь набор защит (смотри выше). Поэтому для жалоб Ребенка нужно найти более уместное пространство – психолог отлично подойдет. Это его работа – слушать то, что говорит ваш внутренний Ребенок. Поддерживать его, создавая важное ощущение принятия, которое впоследствии будет «перенесено» на весь мир.

Можно прямо обозначить партнеру: «Я сейчас буду жаловаться, но тебе ничего не нужно делать, просто выслушай». И быть готовым к отказу. Если же, ретравмируясь от партнера, вы принимаете решение еще больше замкнуть свои переживания внутри себя, вы перекрываете дорогу близости.

Близость без доверия, обнажения невозможна.

© Вероника Хлебова


Комментариев нет:

Отправить комментарий